Дети для роста: почему Китай снял ограничения на количество детей в семье

Китай завершает эксперимент по ограничению рождаемости. На какой эффект рассчитывает правящая партия, не решавшаяся отменить запрет на второго ребенка даже после катастроф, унесших десятки тысяч жизней китайцев?

В конце октября 2015 года, закрывая 5-й пленум Центрального комитета Коммунистической партии Китая, ее глава Си Цзипинь внезапно заявил, что руководство приняло решение значительно смягчить демографическую политику и постепенно отменить принцип “одна семья — один ребенок”. Это означает, что теперь китайцам не нужно будет прятать своих детей и принимать решение, кого им больше хочется — мальчика или девочку, так как второго ребенка заводить уже запрещено.

Это решение, озвученное в последний день пленума, не стало совсем уж неожиданным. Его ждали, хотя и не так быстро, так как оно полностью вписывается в концепцию экономического развития Китая, обнародованную еще в 2013 году. Тогда партия решила, что к 2020-му ВВП страны нужно как минимум удвоить. К этому стоит добавить еще и то, что Пекин принял решение нарастить расходы на армию минимум в 10 раз, чтобы создать самый боеспособный флот на Тихом океане через 10 лет. Все это потребует значительного роста экономики, а пока она не радует китайское руководство.

Именно желание подстегнуть экономический рост, существенно затихший в последние годы, и спровоцировало решение об отмене ограничения рождаемости.

Тем более, что население Китая уже столкнулось с последствиями этого демографического эксперимента в глобальном масштабе. Во-первых, китайский этнос быстро стареет. Сейчас в стране более 10% людей преклонного возраста. А учитывая, что система пенсионного обеспечения, особенно в сельских регионах, до сих пор не построена, то молодым работникам нужно в прямом смысле слова содержать своих престарелых родственников. По расчетам ООН, в 2020-м стариков в Китае будет уже 20% от населения, что станет неподъемной ношей для растущей экономики.

Во-вторых, Китай переживает сильный гендерный перекос. “Существуют целые села, где среди молодежи одни мужчины. И они не могут найти себе жену”, — рассказывает Delo.UA Брайан Бриджес из Lingnan University.

По его словам, за время политики “одного ребенка” на свет не появилось более 400 млн китайцев и большинство из них — девочки.

Родители предпочитали прерывать беременность, если пол ребенка был нежелательным, так как считалось, что сыновьям легче пробиться в обществе и они смогут потом обеспечить старость родителей.

Китайское общество с большим энтузиазмом восприняло этот шаг руководства. Хотя непонятно, поможет ли это стране вырваться из ловушки среднего дохода и опять нарастить экономику до приемлемых показателей. А главное — избежать старения нации.

Все по плану

В 2008 году Китай пережил одно из самых разрушительных землетрясений за последние 100 лет. Тогда за один день под завалами погибло более 70 тысяч человек. При этом значительная часть жертв пришлась на детей, которые были в школах на момент удара. После этого в китайских клиниках массово появились пациенты, которые просили восстановить им возможность рожать после вазэктомии или перевязывания труб у женщин. Оказалось, что Китай уверенно держит мировое первенство по медицинским вмешательствам в половую сферу и особенно прерывания беременности. Но семьи, которые потеряли ребенка после землетрясения, уже не могли завести нового из-за возраста и оказывались необеспеченными в старости.

Но тогда государство и не думало изменять свою демографическую доктрину. В этот год экономика страны росла, как никогда — ВВП, по данным Китайской службы статистики, показывал 10,4% роста. И предполагалось, что в будущем страна не потеряет своего ускорения и будет развиваться темпами, выражающимися двузначными цифрами ВВП. Тогда на фоне кризиса в развитых экономиках, Китай казался островом стабильности и неудержимого роста. Кроме того, миграция молодых рабочих из западных регионов в приморские провинции давала постоянный приток дешевой рабочей силы и возможность наращивать экспортный потенциал экономики. Наконец, тогда многие компании из США и ЕС решили строить свои заводы в Азии, а именно КНР могла предоставить им гарантии неприкосновенности имущества и выгодные условия ведения бизнеса.

Тем более, тогда партийное руководство во главе с Ху Цзиньтао не решалось идти против заветов великого реформатора Китая Ден Сяопина, который и был автором демографического эксперимента. В партии утверждали, что именно ограничение рождаемости помогло вывести из бедности более 600 млн китайцев. “Кроме того, до момента старения нации было еще далеко. Количество старых китайцев не превышало 8%, что нормально воспринималось в растущей экономике”, — поясняет Кери Браун из University of Sydney China Studies Centre.

Наконец, в руководстве считали, что снижение рождаемости стало показателем того, насколько партия контролирует собственный народ и может донести до него свою волю. Все знали про огромное количество подпольных абортов и незаконных детей, которых прятали в сельских общинах, но в общем, этот аспект жизни почти миллиарда человек был под полным контролем.

ВВП без розовых очков

Уже в 2010 году стало понятно, что оптимизм китайского руководства по поводу экономического роста был сильно завышен.

Во-первых, эксперты из США и ЕС уже давно говорили, что цифры роста ВВП и других макропоказателей брались с оглядкой на идеологию. То есть не всегда им можно было доверять, и часто они оказывались “дутыми”. По мнению Лена Эдвардса из Centre for International Governance Innovation, значительной части показателей ВВП Китая нельзя доверять. Но даже китайская служба статистики начала заявлять, что в будущем такие темпы роста уже будут невозможны.

Во-вторых, страна попала в ловушку среднего дохода, когда рабочая сила уже не хочет получать очень низкую зарплату, а экономика еще не может производить достаточно высокотехнологичную продукцию. Тогда страна может оказаться в акций, уже не устраивала мировой капитал. Рядом были Индонезия и Вьетнам, которые предлагали лучшие условия и просили меньшую плату за труд.

Наконец, в 2014 году экономика развитых стран начала восстанавливаться. И часть компаний опять захотели вернуться на родину. По данным Boston Consulting Group, за последние два года более 20% частных корпораций покинули Китай и переехали в США или Европу. Понятно, это не нанесло непоправимого удара по экономике Пекина, но стало сигналом того, что нужны реформы.

Лидер коммунистической партии Си Цзипинь начал процесс либерализации экономики еще в 2013 году, но пока он продвигается очень медленно. И причина тут в том, что реформы совпали с борьбой за власть в Пекине и антикоррупционными кампаниями. Сейчас, по сути, лидер Китая удалил всех влиятельных политических оппонентов и получил всю полноту власти. Но при этом чиновники на местах потеряли всякую инициативу, так как она может привести к их опале или аресту, если действия сочтут слишком вольными. Потому даже когда отдельные провинции находились на грани дефолта, они не действовали сами, а ждали, пока центр решит их проблемы.

Поэтому к 2015 году стало понятно, что нужно ускорять не только экономику, но и социальное развитие.

На пути в старость

Фондовый кризис августа 2015 года в Китае показал, что средний класс, который стремительно формируется в стране, пока не может быть опорой для экономики. “Эти люди не знают, куда вкладывать деньги и хотят получать слишком большие прибыли, что уже немыслимо сейчас”, -считает Гал Луфт из Institute for the Analysis of Global Security. А экспортный потенциал быстро исчерпывался. Все понимали, что для ускорения экономики нужно найти новый стимул.

Возможно, отмена запрета на второго ребенка и станет таким стимулом, но эксперты не уверены, что надолго.

Без структурных реформ Китай все равно будет терять прежнюю привлекательность, так как количество людей пенсионного возраста все равно будет расти.

Эксперты из ООН предполагают, что к 2020 году население Китая вырастет до 1 369 млн человек, тогда как до снятия запрета эта цифра составляла 1 346 млн. То есть разница будет не такой уж большой. В экономическом плане без других реформ, а главное формирования пенсионной системы, средний класс не спасет ВВП Пекина.

Это не значит, что экономика страны начнет стремительно падать в ближайшее время. На фоне кризиса в ЕС и постепенного восстановления США Китай будет выглядеть очень привлекательно. При этом возможность удвоить ВВП будет ускользать все дальше. С другой стороны, решение о прекращении демографического эксперимента может стать первым шагом к более глобальным реформам в экономике и социальной сфере. Тем более, что Си Цзипин собрал в своих руках такую власть, которая в последний раз была только у основателя КНР Мао Цзедуна.

Автор: Андрей Павленко

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Обсуждение закрыто.